Восемь игр на день рождения подростка: компания от шести до десяти человек, вечер, в котором взрослый не стоит посреди комнаты с листочком. Первые две идут прямо за столом, последняя снимается на телефон. Под таблицей каждая расписана: с чего её запускают, сколько она держится, как выйти тому, кто играть не хочет, и почему на неё вообще соглашаются.
| Игра | В двух словах | Сколько идёт | Что нужно |
|---|---|---|---|
| Тайное слово | каждый прячет своё слово в общем разговоре | весь вечер | бумажки |
| Одно из трёх правда | две истории выдуманы, одна настоящая | 15 минут | ничего |
| Карта на лбу | с человеком обращаются по достоинству его карты | 7 минут | колода карт |
| Только вопросы | разговор, в котором запрещено отвечать | 10 минут | ничего |
| Переводчик | один говорит на несуществующем языке, второй переводит | 10 минут | ничего |
| Реплики из шапки | в сцену врываются чужие фразы с бумажек | 30 минут | бумажки и шапка |
| Стоп, я вместо него | зритель занимает место играющего | 15 минут | ничего |
| Один дубль | минутный ролик без монтажа | 30 минут | телефон |
1. Тайное слово
Каждому достаётся бумажка с обычным словом: «холодильник», «пингвин», «расписание», «вторник». За вечер это слово нужно произнести в общем разговоре так, чтобы никто не заметил. Перед тортом все называют, кого и в каком слове подозревали. Выигрывает тот, кого не поймали, но интереснее обычно разбор: выясняется, что половину вечера компания строила странные фразы и делала вид, что так и надо.
С чего начать. Бумажки раздаёт не взрослый. Отдайте их имениннику заранее, и пусть он выдаёт их гостям в прихожей вместе с домашними правилами. Игра успевает начаться раньше, чем кто-то решит, играть ему или нет.
Сколько человек и сколько идёт. От четырёх до всей компании, времени не занимает вовсе: она идёт поверх еды, разговоров и всего остального.
Как выйти. Сказать своё слово в первую же минуту и дальше просто следить за другими. Ход законный, и со стороны он выглядит как хитрость, а не как отказ.
Почему они согласятся. Делать при всех ничего не нужно. Игра идёт внутри обычного разговора, а выигрывает в ней тот, кто вёл себя незаметнее остальных, — редкий случай, когда побеждает молчаливый.
2. Одно из трёх правда
Каждый по очереди рассказывает о себе три коротких истории. Две выдуманы, одна настоящая, и порядок любой. Компания голосует, какая настоящая. Очко получает и тот, кто угадал, и тот, кого не разгадали.
С чего начать. Первым рассказывает тот, кто громче всех объявил, что играть не будет. Ему достаётся лучшая роль в игре, и отказаться от неё при всех труднее, чем согласиться. Дальше очередь идёт по кругу сама.
Сколько человек и сколько идёт. От четырёх до десяти. Круг на восьмерых — минут пятнадцать, дальше компания просит второй заход и врёт уже увереннее.
Как выйти. Пропустить свой рассказ и остаться голосующим. Угадывать — тоже играть, и в счёте это видно.
Почему они согласятся. Врать разрешено официально, и это лучшее, что можно предложить человеку двенадцати-пятнадцати лет. Про себя при этом рассказывают ровно столько, сколько решили сами.
3. Карта на лбу
Каждый вытягивает карту из колоды не глядя и прикладывает к своему лбу картинкой наружу. Дальше все ходят по комнате и разговаривают, обращаясь друг с другом по достоинству карты: с тузом — как с самым важным человеком в этой комнате, с двойкой — как с пустым местом, с семёркой — обыкновенно. Через пять минут компания молча выстраивается в линейку от младшей карты к старшей. Потом карты переворачивают.
С чего начать. Колоду достаёт кто угодно, кроме вас. Правило объясняется за двадцать секунд, и лучше всего оно объясняется на взрослом: возьмите карту первым, дайте компании две минуты обойтись с вами по достоинству двойки и уходите на кухню.
Сколько человек и сколько идёт. От шести. Один заход — пять-семь минут, и обычно просят второй, потому что в первый половина не поняла, что происходит.
Как выйти. Играть молча. Правило требует обращения, а не разговора: кивок, уступленное место, повёрнутая спина сообщают человеку его номер не хуже слов.
Почему они согласятся. Весь азарт в разборе, а до разбора никто не знает своего положения. Свою карту почти никто не угадывает точно, так что промахиваются в этой игре все.
4. Только вопросы
Двое выходят на середину и разговаривают одними вопросами. «Ты чего тут сидишь?» — «А что, нельзя?» — «Тебя кто вообще пустил?» Кто ответил утверждением, повторился, замешкался или засмеялся, тот уходит, и на его место встаёт следующий. Место действия компания задаёт одной фразой: очередь в поликлинике, разбитое окно, первый день на работе.
С чего начать. Судят зрители. Кто-то один считает вслух «раз, два» при заминке, спорные случаи компания решает хором. Судейство и есть половина удовольствия, отдавать его взрослому нельзя.
Сколько человек и сколько идёт. От четырёх. Пара держится редко дольше минуты, полный круг занимает минут десять.
Как выйти. Проигрыш здесь и есть выход. Вылетевший садится судить, а это в игре должность не хуже.
Почему они согласятся. Это дуэль, а не выступление. Вылетают все и быстро, поэтому проигрыш никого не задевает, и смешно бывает не от того, что человек нелеп, а от того, что он держался десять секунд и всё-таки сказал «да».
5. Переводчик
Играют двое. Первый — иностранец, он говорит на несуществующем языке, длинно и с интонацией. Второй — переводчик, он переводит коротко и уверенно. Компания задаёт вопросы: как вы у нас оказались, что едите на завтрак, кто такой Кирилл. Смысл сказанного оба узнают одновременно со зрителями.
С чего начать. Пусть первыми пойдут двое, которые и так весь вечер держатся вместе. Договариваться им не придётся, они уже договорились обо всём заранее.
Сколько человек и сколько идёт. Двое играют, остальные спрашивают, так что от пяти. Три-четыре минуты на пару, потом меняются.
Как выйти. Идти в переводчики. Там нужны обычные русские слова и уверенное лицо, а всё нелепое достаётся напарнику.
Почему они согласятся. Ответственность делится надвое. Ни один из двоих не отвечает за то, что получилось, а получается всегда глупее, чем задумывали оба.
6. Реплики из шапки
Каждый пишет на бумажке одну реплику — любую фразу, какая пришла в голову. Бумажки идут в шапку. Двое играют короткую сцену на любую заданную ситуацию, и по хлопку со стороны каждый тянет бумажку и произносит написанное как свою следующую реплику. Дальше сцена продолжается так, будто ничего не случилось и сказать он собирался ровно это.
С чего начать. Реплики пишут все, включая тех, кто играть не собирается. Автор фразы всегда хочет посмотреть, что с ней сделают, и через две сцены половина не игравших просится в игру сама.
Сколько человек и сколько идёт. От четырёх. Сцена — полторы минуты, шапки на двадцать бумажек хватает примерно на полчаса.
Как выйти. Писать бумажки и хлопать. Хлопающий решает, в какую секунду сцена сломается, и это самая вредная должность в игре.
Почему они согласятся. Играют они по собственному тексту: все реплики написаны ими же. И разваливается сцена всегда по вине бумажки, а не человека.
7. Стоп, я вместо него
Двое начинают сцену. Любой из зрителей может хлопнуть и сказать «стоп»: играющие замирают, хлопнувший выходит, трогает одного из них за плечо и занимает его место в точности той же позе. Из этой позы он начинает совсем другую историю, а прежний игрок садится в зрители. Смена происходит быстро, объяснений не требует и не обсуждается.
С чего начать. Первую пару называет компания. Дальше вмешивается кто хочет и когда хочет, и это единственное, что нужно объяснить.
Сколько человек и сколько идёт. От пяти. Пятнадцати минут хватает, чтобы через середину прошли все, кто собирался.
Как выйти. Не хлопать. Пока не хлопнул, ты зритель, и никто не считает, сколько раз каждый выходил.
Почему они согласятся. В центр никого не зовут. Выход туда — собственное решение, принятое в ту секунду, когда придумалось, и ровно поэтому за вечер выходят почти все.
8. Один дубль
Компания снимает на телефон одну минуту одним куском, без монтажа и без повторных склеек. Правило одно: у каждого в этой минуте есть своё действие, и камера не останавливается ни на секунду. Сюжет придумывают сами — ограбление холодильника, выпуск новостей из соседней комнаты, реклама совершенно ненужной вещи. Первые три дубля разваливаются в середине, четвёртый обычно и оказывается тем, который потом пересматривают.
С чего начать. Отдайте телефон и уйдите из комнаты. Взрослый со стороны превращает съёмку в отчётное мероприятие, и играть при нём начинают не для себя, а для него.
Сколько человек и сколько идёт. От четырёх до десяти, полчаса вместе с пересъёмками и просмотром.
Как выйти. Встать за камеру. Оператор тут главный: он один видит целиком, что получается, и он же командует «стоп, ещё раз».
Почему они согласятся. Результат остаётся у них. Ролик уходит в общий чат и живёт там ещё неделю — единственный отчёт о вечеринке, который подростки делают добровольно.
Смеются не над игрой, а над тем, что придётся смотреть друг на друга
К двенадцати годам главный интерес человека разворачивается на себя. Раньше его занимал мир вокруг, теперь занимает собственное место среди других: как я выгляжу, что обо мне думают, кто я в этой компании. Сравнение идёт непрерывно и почти не выключается. Выйти в центр комнаты и что-нибудь изобразить означает в этот момент одно — встать и дать себя рассмотреть всем сразу.
Насмешка тут работает как защита и работает быстро. Тот, кто первым сказал «это для малышей», вышел из-под общего взгляда раньше всех. Он теперь не участник, а тот, кто оценивает. Место безопасное, и занимают его чаще не самые дерзкие, а те, кому страшнее. Уговоры по этой причине бесполезны. Уговаривая, вы просите человека отдать единственную позицию, где его не разглядывают.
Восемь игр выше устроены с оглядкой на это. В них либо действуют все одновременно, либо смотрят на пару, либо роль скрыта от самого играющего. Взгляд компании рассредоточен, и цена выхода падает до той, которую подросток готов заплатить.
Ведёт кто-то из них
Мера самостоятельности к этому возрасту уже другая. У младшего школьника собственных решений за день немного, к двенадцати-тринадцати их примерно треть, к пятнадцати — около половины. Эту половину подросток защищает, и отказ от игры чаще всего защищает именно её. Затея, объявленная взрослым, целиком чужое решение, а простейший способ вернуть себе своё — не пойти.
Поэтому ведущего назначайте до прихода гостей, и пусть это будет не именинник. У него в этот вечер своя роль, и двух сразу не потянуть. Возьмите того, кого компания слушает, отдайте ему список игр, бумажки и колоду, а себе оставьте еду и время. Правила они переиначат под себя в первые же три минуты. Не поправляйте. Игра, переделанная компанией, дальше держится сама, потому что стала их собственной.
Взрослый в этом возрасте перестаёт быть тем, кто раздаёт роли, и это происходит независимо от нашего желания. Зато он остаётся тем, к кому подходят с вопросом, если он не пытался руководить весельем. Вечер, проведённый на кухне с нарезкой, работает на эти отношения лучше, чем вечер во главе комнаты со списком конкурсов.
Почему заходит проигрыш и не заходит конкурс
Конкурс с победителем расставляет компанию по местам. Ровно этим они заняты весь день и без вас, так что ещё одно ранжирование вечером — последнее, чего им хочется. В играх выше проигрывают все. Из «только вопросов» вылетают за десять секунд, сцена с чужими репликами разваливается всегда, первые три дубля не получаются ни у кого. Запланированный общий провал перестаёт быть новостью о человеке. Смешно становится от положения, а не от того, кто в него попал.
Второе, что снимает ставку, — скрытая роль. Пока карта на лбу не перевёрнута, играющий не отвечает за то, каким его увидели, ведь номер он себе не выбирал. То же со словом на бумажке и с репликой из шапки. Человек прикрыт правилом и под этим прикрытием делает вещи, на которые в открытую не пошёл бы.
На занятиях мы держим тот же порядок, и по той же причине. Промах на репетиции ничего не стоит, а после показа разбирают не «получилось или нет», а что именно не сработало и что попробовать в следующий раз. Подросток, у которого ошибка не превращается в оценку, перестаёт беречься и начинает пробовать. Без этого в нашем деле не двигается ничего.
Телефон лучше взять в игру
Телефон проигрывает вечеру в одном случае: когда в комнате происходит что-то, где человек нужен лично и незаменимо. Коробка для телефонов на входе тут лишняя. Это первая за вечер демонстрация того, что здесь распоряжаются взрослые, и запоминается она лучше всего остального. «Один дубль» устроен обратным образом. Снимают они, придумывают они, ролик остаётся у них.
Съёмка попутно решает то, чего уговорами не добиться. Пересматривая четвёртый дубль, компания сама видит, где было скучно и кто в кадре ничего не делал, и просит переснять. Это и есть разбор, только сделанный без единого замечания со стороны.
Останавливает игру ведущий, и раньше, чем она кончилась
Сигнал у подростковой компании свой, и усталость тут ни при чём. Сначала появляется постоянный комментатор: один вышел из игры и обустраивается в роли зрителя со своим мнением, потому что играть ему уже неинтересно, а сидеть просто так неловко. Ещё через пару минут таких двое, и они разговаривают между собой поверх игры. Игра при этом ещё идёт.
Вот в эту минуту игру и закрывают, вместо того чтобы собирать её заново. Пусть ведущий скажет «последний круг»: из его рук это принимается спокойно, из ваших читается как «хватит уже». Обрезанная на подъёме игра обычно возвращается сама. Часа через полтора кто-нибудь предложит доиграть, и вот это будет затея целиком их.
Кому одного вечера мало
В компании почти всегда находится один-двое, кому вечер оказался короток: тот, кто вёл, тот, кто придумал сюжет для дубля и спорил за четвёртый заход. У подростков в студии занятие устроено близко к тому, что было у вас в комнате. Материал они во многом приносят сами, тексты, музыку и оформление придумывают сами, спорят, что играть, — и педагог тут скорее тот взрослый, к которому идут с вопросом. Половина приходит в такие группы за компанией, где тебя дослушивают до конца, и сцена для них дело второе.
Начинать в тринадцать или пятнадцать не поздно и не странно. В подростковые группы приходят без всякого сценического опыта, и новый человек в группе — обычное дело, притом полезное для самой группы. Набор идёт весь год. Ждать сентября, чтобы попробовать, не нужно.
Канал студии лучше показать самому имениннику — t.me/detirayka. Там видно, что делают на площадке его ровесники, а решение он примет сам, как и всё остальное в этом возрасте.